Об одной суфийской притче

 

 

Многие мои знакомые, которые знают о суфизме чуть-чуть меньше меня, часто спрашивают, что же это, собственно, такое – суфизм. С одной стороны, я, конечно, с большим удовольствием рассказываю людям о том, чем сам живу и дышу. Но с другой стороны, на этот вопрос в двух словах не ответишь, и мне приходится либо вовсе оставлять его без ответа, либо ограничиваться весьма неполными объяснениями, рискуя тем, что у моего собеседника сложится неправильное представление о предмете разговора, либо устраивать такую длинную и подробную лекцию, что человек уж и не рад будет, что спросил.

Один из вариантов значения слова «суфий» – это ищущий, то есть человек, который ищет Истину и стремится к Совершенству, который пробует, экспериментирует, делает выводы. Суфию чужда какая бы то ни было идеализация. Он всё ставит под сомнение и всё перепроверяет. В другой трактовке слово «суфий» означает чистый – человек с чистой Душой, чистыми помыслами и деяниями.

В своей книге «Уроки чтения сердцем. Суфийские секреты здоровья» Музаффар Хаджи, продолжатель школы мастеров Накшбандийя, написал так:

«Суфии – это люди практичные, изучающие законы природы, живущие по ним и передающие эти знания другим людям. Суфизм – это не слово и не понятие. Это – состояние гармоничной жизни».

В каком-то смысле можно сказать, что суфии – это такая всемирная ассоциация сознательных, здравомыслящих и продвинутых во всех отношениях людей, которая существует уже несколько тысяч лет. Суфии всегда не только шли в ногу со временем, но и значительно опережали его. Последователи суфизма есть во всех странах и во всех культурах. Называться они могут по-разному, но суть от этого не меняется.

Обычно суфии предпочитают оставаться в тени. Почему? Да по многим причинам. Это уже отдельная тема. Взрослые ведь тоже не обо всём говорят при детях и не всё им показывают, так как дети могут быть ещё не готовы понять и принять некоторые вещи. Поэтому истинный суфий никогда не станет кричать направо и налево о том, что он суфий. Он будет просто медленно, но верно делать своё дело.

Современные суфии не скрывают своего существования, но и сильно его не афишируют. Внешне они почти ничем не отличаются от большинства людей. У них нет загадочно-мистических одеяний, вы не обнаружите на их лицах отпечаток тысячелетней мудрости и глубокой вселенской скорби. Они так же носят костюмы, надевают галстуки, занимаются наукой, искусством, бизнесом, общественной деятельностью. Но всё это – лишь мирская форма их главного занятия 1): следовать Своему Пути и тем самым служить Человечеству. Форма меняется с течением времени, меняется в зависимости от ситуации, но, по сути, и ныне живущие суфии, и их древние «коллеги», упоминания о которых мы встречаем в различных сказках и притчах, выполняют одну и ту же миссию.

 

Правда, нужно сделать одну существенную оговорку. Как пишет Музаффар Хаджи:

«Если человек, даже очень выдающийся, объявит себя суфием, то Бог ему судья. В некоторых лечебницах есть люди, считающие себя наполеонами, пророками, инопланетянами… Если человека признает суфием суфийский круг, наставник суфийской линии, то он и есть суфий».

Что ж, лично я не являюсь суфием в этой трактовке, однако именно суфийский подход является для меня наиболее близким, понятным и даже, не побоюсь этого слова, безупречным.

 

Только настоящий суфий может быть одновременно материалистом до мозга костей и глубоко верующим человеком с высокой духовностью. При этом суфийская вера не имеет отношения к какой-либо религии. И Иисуса, и Мухаммада, и Будду суфии в равной степени считают своими пророками.

Один из наиболее известных суфийских мастеров двадцатого века Идрис Шах говорит в своих книгах:

«Суфизм – это тайное учение всех религий. Суфии не связаны абсолютно никакими религиозными догматами. Очень долгое время суфизм существовал в рамках Ислама и поэтому приобрёл восточный оттенок».

Однако здесь из соображений политкорректности стоит упомянуть о сугубо мусульманском определении суфизма как мистического направления в Исламе. Некоторые мусульмане утверждают, что «суфизм вне Ислама немыслим». Идриса Шаха и многих других мастеров они не признают суфиями, а их высказывания подвергают яростной критике.

Тем не менее, используя слово суфизм, я имею в виду демократичный, гуманный и терпимый суфизм – как раз тот, о котором пишут, в числе прочих, Идрис Шах, Хазрат Инайят Хан, Майкл Бёрк, Музаффар Хаджи, Мирзакарим Норбеков, Леонид Тираспольский, – и который, по всей видимости, действительно достаточно далёк от традиционного исламского суфизма. Я ни в коем случае не хочу вызвать чьего-либо недовольства, обидеть кого-то и оскорбить – Боже упаси! Просто именно слово суфии стало для меня уже привычным обозначением образа, который мне очень важен и дорог, поэтому, с вашего позволения, я буду употреблять именно его. К тому же бессмысленно тратить время на всевозможные разногласия, споры, перепалки, выяснения отношений и т.д. – к Истине они не приведут.

 

Итак, перейдём теперь к самой притче, чтобы название моей работы себя оправдывало. Это притча «Четыре волшебных сокровища» из книги Идриса Шаха «Караван сновидений». В сокращённом варианте звучит она примерно так:

Встретились как-то четыре мудрых суфия и решили исследовать всю землю в поисках предметов, которые могли бы помочь им послужить людям. Они отправились в разные концы света, договорившись встретиться вновь через тридцать лет.

В назначенный день мудрецы собрались вместе. Один из них принёс Волшебный Посох. Тот, кто садится на Посох, может мгновенно перенестись в любое место мира и достичь любой своей цели. Другой принёс Волшебную Шапку. Надев её, человек может принять любую внешность, становится похожим на всё, что угодно. Третий суфий привёз Волшебное Зеркало, в котором можно увидеть любой уголок земли. Четвёртый принёс Волшебную Чашу, которая излечивала любой недуг.

Суфии стали использовать Сокровища на благо людей и много добра совершили, но однажды некий король, дочь которого заболела, решил распорядиться их волшебной силой по-своему и приказал схватить одного из мудрецов вместе с его Чашей. Не имея возможности заглянуть в Зеркало, чтобы понять, какое же снадобье необходимо принцессе, суфий не смог правильно воспользоваться Чашей, и принцессе стало хуже. Король приказал казнить мудреца. Три других суфия спасли своего товарища, прибегнув к помощи остальных предметов, но они уже не успели помочь королевской дочери и не смогли уберечь Волшебную Чашу. Чаша была утеряна, и суфиям потребовалось целое тысячелетие, чтобы вернуть её.

Заканчивается притча такими словами:

С тех пор, наученные горьким опытом, суфии стали работать в глубокой тайне, искусно скрывая свои чудесные методы под самыми различными покровами, и потому всё, что они ни делали для людей, выглядело простым и легко объяснимым.

 

Эта легенда – «сказка с вуалями», написанная на языке символов. В комментариях к притче Идрис Шах приводит одно из наиболее распространённых её объяснений, говорящих о том, что «суфийская работа состоит из четырёх элементов, которые необходимо применять одновременно и втайне». Это притча-инструкция, в ней содержатся прямые указания на то, что именно можно в себе развивать, чтобы достичь огромного могущества. Четыре Волшебных Сокровища символизируют четыре основных качества суфия.

Рассмотрим их более подробно.

 

Волшебный Посох – это вера, настойчивость, целеустремлённость, – всё то, что служит человеку опорой, помогает двигаться по своему Пути. Многие люди всю жизнь не могут и на шаг продвинуться к исполнению своих желаний, потому что им не хватает веры в себя и собственные силы, а ещё не хватает доверия к тем, кто мог бы их научить. Человек же, обладающий Посохом, любой поставленной цели достигает очень быстро и без напряжения – спокойно, играючи.

Не преграда для него и большие расстояния. Он подвижен, динамичен, лёгок на подъём, запросто может взять вдруг и махнуть в другой город, другую страну.

 

Волшебная Шапка – это способность адаптироваться к обстановке, подстраиваться под окружение (при необходимости!), принимать именно тот образ, который лучше всего подходит для данной ситуации. Тот, кто владеет Шапкой, умеет находить общий язык с кем угодно: и с политиками, и с бизнесменами, и с интеллигентами, и с военными, и с домохозяйками, и даже с уголовниками. Он прост в общении, в любой компании он не растеряется и сможет поддержать разговор. Беседуя с кем бы то ни было, он нащупывает интересную именно для этого человека тему: с учёными он будет говорить о науке, с представителями богемы – об искусстве, с молодёжью – о дискотеках, клубах, тусовках, прикидах, приколах. Обладатель Шапки прекрасно владеет всеми речевыми стилями, будь то жаргон, канцелярская витиеватость, околонаучная заумность, изысканный аристократичный слог или отборная брань. Нестандартная манера поведения не может его смутить. Он легко найдёт пристройку к любому характеру и любому темпераменту. Как сказано в суфийской пословице, «с ишаком будь ишаком, с муллой будь муллой, с царём будь царём».

Чтобы развивать в себе эти качества, свой словарный запас необходимо постоянно пополнять. («Редиска – нехороший человек», «хрен его знает – отсутствие достоверной информации» и т.д.) Также нужно пополнять и багаж самых разнообразных впечатлений, время от времени устраивать себе в качестве тренировки небольшой (или большой) экстрим.

Таким способом, кстати, очень удобно избавляться от комплексов, недовольства и чувства вины. Скажем, если оказался в неприятной компании, ощущаешь себя неуютно, «не в своей тарелке», думаешь: «Что я тут делаю?», – всегда можно найти оправдание в том, что этот опыт полезен для общего развития.

В разных системах, школах и методиках используется упражнение «Альтернативный образ» – оно позволяет человеку специально вжиться в тот образ, который ему мало знаком или неприятен, прочувствовать этот образ изнутри. Чтобы вас признали своим (своей) среди представителей определённой социальной группы, нужно выглядеть, как они, вести себя, как они, разговаривать, как они, и даже думать, как они.

Начинать лучше с самого простого. Например, подобрать соответствующую одежду. В театре и кино хорошо знают, какую огромную роль играет внешний вид для актёра. Наденешь костюм, загримируешься, посмотришь на себя в зеркало – сразу же совсем другое самочувствие. Потом постепенно отрабатываешь жестикуляцию, мимику, интонацию, походку, речь, характерные для изображаемого типажа.

Но суфий – это не тот человек, который просто приспосабливается. Сливается со средой и принимает какое-либо обличие он только лишь для того, чтобы обеспечить оптимальные условия для выполнения своей работы. При этом он остаётся верен себе и своей миссии. Независимо от внешних масок у него очень сильное и очень чистое внутреннее я. Суфий – это монах в миру, «засланный казачок» из Армии Бога. «Сердце суфия с Богом, а руки его в труде». Благодаря Волшебной Шапке, если надо, он может становиться и вовсе невидимым, незаметным. Для резидента Армии Света на грешной земле это качество просто необходимо. Зачем акцентировать на себе внимание, если люди даже не представляют, какую важную работу ты выполняешь? А попробуешь объяснить – не поймут, ещё и, чего доброго, враждебно начнут относиться. Вот и получается, что лучше всего тихонько сидеть в сторонке и незаметно для всех творить Великие Дела.

Гордыня и желание постоянно выделяться, быть «героем дня», мешают невидимости. Чтобы избавиться от привычки всё время кому-то что-то доказывать, что-то отстаивать и с кем-то воевать, можно попробовать научиться получать удовольствие от осознания того, что вы представляете собой нечто гораздо большее, чем кажется внешне и чем люди о вас думают.

 

Волшебное Зеркало – это особое виденье суфия, его необычайно обострённая чувствительность, развитая интуиция, умение видеть Знаки, слышать других людей, даже на больших расстояниях. Хозяин Зеркала замечает то, на что остальные не обращают внимания, вникает в то, чему многие не придают значения. У суфийских мастеров очень сильное восприятие. Они могут заглядывать в будущее, перемещать свой внутренний взор в разные места – даже те, в которых никогда не бывали, чувствовать, что происходит сейчас где-то далеко, за тысячи километров. Людей они видят насквозь, с лёгкостью считывают их внутреннее состояние, улавливают их мысли, эмоции, ощущения. Многие суфийские врачи умеют на глаз, только взглянув на человека, определять его точный диагноз.

 

Волшебная Чаша – это свойство суфия оказывать благоприятное влияние на окружающих людей, где бы он ни очутился. Это способность исцелять, помогать своим присутствием, добрым словом, взглядом, жестом, прикосновением, поступком, улыбкой. Даже если его помощь и участие незаметны, он явными и неявными способами оздоровляет микроклимат того места, в котором находится. Там, где побывал суфий, всё расцветает, всё обогащается. Стоит ему приложить руку к какому-то делу, и оно тут же начнёт успешно развиваться, приносить плоды.

Всем своим образом жизни, всем своим существом суфий служит людям, дарит им своё доброжелательное отношение и любовь. Он учит их, вдохновляет, помогает им развиваться – не открыто и напрямую, а ненавязчиво, действуя силой своего образа, своего примера.

 

Окончание притчи – это предупреждение, напоминание о том, что владельцам Волшебных Сокровищ нужно соблюдать «бдительность и осторожность». Каждая из перечисленных выше способностей делает человека сильным и могущественным, дарует ему огромную власть, сопряжённую с большой ответственностью. И всегда находятся те, которые, не зная или не понимая истинного смысла Сокровищ, хотят использовать их не по назначению.

 

Образ, созданный в притче, – это модель, идеальное состояние, к которому можно стремиться. Разумеется, человек вовсе не обязан соответствовать какому-то эталону. Будет он обладать Волшебными Предметами или нет, зависит только от его желания. Просто если эти качества у него развиты слабо, то он ограничен в своих возможностях по сравнению с теми, у кого они развиты хорошо.

 

И напоследок я хочу ещё раз подчеркнуть, что тех, кого я называю суфиями, представители разных течений именуют по-разному: воинами света, мастерами, просветлёнными, прозревшими, познавшими, возвышенными, – кому как больше нравится. Человек может и вовсе не принадлежать ни к какому течению, но быть суфием по складу характера и образу жизни. В конце концов, называйте его хоть рыцарем-джедаем, если так будет понятней и приятней. (Все ведь смотрели «Звёздные войны»? :) )

 

 

 

 

1) Вопрос из зала:

– Так суфизм – это занятие?

Ответ:

– А почему бы нет? Суфизм – это и занятие в том числе… А почему бы ему не быть «занятием»?

Наука – это занятие? Творчество – это занятие? Суфизм – тоже занятие.


1 Комментарий к Об одной суфийской притче

  1. Анна:

    Спасибо за Ваши статьи. Оставляют необъяснимый отпечаток, как будто чувствуешь что-то, как будто где-то глубоко что-то и понимаешь, но осмыслить не можешь…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

CAPTCHA image
*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>